Катастрофа на Волге — 1983.

Следуя по маршруту туристического круиза Ростов-на-Дону — Москва, 5 июня 1983 годав 22:45 теплоход «Александр Суворов», на полном ходу зашёл под несудоходный пролет Ульяновского моста через Волгу и задел конструкцию.

Советский теплоход «Александр Суворов» налетел на мост через Волгу около города Ульяновска. Погибли 176 человек. 7 июня 1983 года Телеграфное Агентство Советского Союза (ТАСС) передало сообщение «От Центрального Комитета КПСС и Совета Министров СССР. 5 июня с. г. на Волге, вблизи г. Ульяновска, произошла авария пассажирского теплохода «Александр Суворов», повлекшая за собой человеческие жертвы. Центральный Комитет КПСС и Совет Министров СССР выражают глубокое соболезнование семьям и родственникам погибших».

Удивительно, но в заявлении агентства катастрофа названа аварией… Теплоход «Александр Суворов», приписанный к Ростову, являлся флагманом Волго-Донского пароходства, его экипаж считался одним из лучших. Судно отличалось роскошью. Каюты его были прекрасно отделаны. Во время злополучного рейса «Суворов» был перегружен. Помимо 330 пассажиров, на его борту находились 50 членов экипажа и 35 человек обслуживающего персонала. Были и люди, чьих имен не найти ни в одном туристическом списке. Это знакомые членов экипажа, родственники, которым надо было в Москву… Но что же все-таки произошло 5 июня Вечер был веселым. Во время ужина по громкой связи поздравили повариху с днем рождения. В ресторане раздались аплодисменты на «Суворове» была отменная кухня. Потом объявили аукцион. Поэтому все сразу устремились в зал на верхней палубе — и не только ради аукциона многим хотелось посмотреть по телевидению детектив «Возвращение «Святого Луки». 22 часа 45 минут. До моста — пять минут хода. Видимость ясная, хотя и сумерки. В рубке вахтенный штурман, он же старший помощник капитана Владимир Митенков, рядом с ним рулевой Уваров. Капитан Владимир Клейменов отдыхал в каюте ему предстояло держать вахту ночью. Мост, оборвавший столько жизней, в Ульяновске единственный. Длина — 2200 метров. Через этот мост проходит железная дорога через Волгу в Сибирь. Некоторые пассажиры видели, как на мост на полной скорости влетел товарный состав, когда «Суворову» до него оставалось метров сто. Теплоход шел на предельной скорости — 25 километров в час. Все шло обычно. Кроме одного — теплоход шел в шестой пролет моста, через который и суда меньших габаритов пройти не могли. Береговая диспетчерская служба, увидев, что судно движется к шестому пролету, пришла в ужас и начала предупреждать по радио вахтенных на «Суворове». Никакого ответа не последовало. Диспетчеры, в полном отчаянии, успели пустить предупредительные ракеты, так как было ясно остановить судно или заставить его хоть чуть отклониться уже невозможно. Не сбавляя скорости, «Суворов» врезался в пролет. Удар теплохода искривил, разрушил рельсовый путь, и мост вышел из строя, прервав движение из европейской части страны на восток. Многие из тех, кто оставался в каютах на нижних палубах, удара даже и не заметили — в точности, как на «Титанике», — в корпусе он отозвался глухим, неясным гулом. К тому же в репродукторах звучала музыка. Этот тихий, быстро погасший удар срезал, как лезвием, ходовую рубку и всю верхнюю палубу вместе с кинозалом, до отказа забитых людьми. Тяжелый железнодорожный состав громыхал наверху. И, казалось бы, несильный удар, для некоторых оставшийся незамеченным, до такой степени потряс фермы моста, что вагоны опрокинулись, и вниз, на теплоход, посыпались уголь, бревна, зерно… Теплоход остановился не сразу. Инерция скорости и огромная масса протащили его под мостом и еще метров триста после. И только потом «Суворов» замер на глади реки.

Страшную картину восстанавливали свидетели. Владимир П. сразу после ужина пошел в каюту с женой. Около половины одиннадцатого она сказала «Пойдем наверх, рядом город, а мы его не увидим — сидим как тараканы…» Он отмахнулся, ему не хотелось. Она ушла. Больше он ее живой не видел. Владимир ощутил какой-то растянутый, не резкий, но жуткий удар, будто суда столкнулись. Теплоход замедлял движение. Владимир выскочил из каюты и бросился наверх по трапам. Перед последним, ведущим на верхнюю палубу, отпрянул. Сверху сплошным потоком лилась кровь. Пересилив себя, он пошел наверх. Его глазам открылось страшное зрелище. Горы окровавленных шевелившихся обрубков тел. Рядом лежала белокурая девушка. Обеих ног у нее не было, но она дышала еще и смотрела на него безумным взглядом. Отчетливо произнесла «Скажите маме, что я жива…» И тут же умерла. Жену он увидел неподалеку от того места, где предположительно находился вход в кинозал. Она лежала с проломленной головой… Всего несколько дней она не дожила до своего дня рождения. Перед началом фильма многие заглядывали в кинозал, но, увидев столпотворение, уходили. Акоп А. с женой тоже попытались войти, но стало душно. Спустились в каюту. Почувствовав, что судно содрогнулось, он побежал наверх и отпрянул потоки крови, оторванные конечности, головы, вывороченные внутренности… Акоп сбросил пиджак и принялся размахивать им, стараясь привлечь внимание на берегу или на проходившем мимо судне. Но помощь явилась только через сорок минут. Двоих приятелей спасла бутылка водки. Следователь попросил объяснить, почему жены их погибли, а они живы Выяснилось, что жены, нарядившись, отправились смотреть кино, в то время как мужья предпочли распить в каюте бутылку водки…

В этой катастрофе чудом выжил и капитан «Суворова» Клейменов. Он не сразу осознал, что случилось. Клейменова подобрали возле опоры моста, на дамбе. Он был в одних плавках и не помнил, как оказался здесь. Судя по всему, его выбросило с высоты двенадцати метров. Сначала он рассказывал, что вытащил из реки погибающего человека и только потом потерял сознание. Однако на другом допросе заявил следователю, что сознание не терял. Весь город содрогнулся от ужаса. На предприятиях Ульяновска были мобилизованы рабочие, собрались отряды студентов. Работали в больницах, на транспорте. Катастрофически не хватало гробов, и люди, никогда прежде не предполагавшие, что когда-нибудь придется гробы сколачивать, брались за работу. Хирурги работали, как в полевом госпитале. Их работу осложняло то, что у пострадавших были только рваные раны. Очень сложно было их промывать и обрабатывать. Мелкая угольная крошка и в особенности зерна попали в раны и, окрашенные кровью, делались невидимыми. Гораздо легче было бы, если бы была просто грязь… Попасть в Ульяновск сразу после трагедии было практически невозможно город закрыли, документы проверяли даже при выходе с железнодорожного вокзала. В транспорте, на улицах люди ни о чем другом, кроме как о катастрофе, говорить не могли. Но никто не знал ничего! Распространились слухи, будто сбежали несколько рецидивистов, захватили судно, и катастрофа — это дело их рук. Говорили еще, что экипаж на «Суворове» был пьян отмечали день рождения кого-то из своих. Возле трапа самолета сотрудники КГБ спрашивали, нет ли среди прилетевших родственников пострадавших. Отозвавшихся отвозили в штаб, искали фамилии по спискам пассажиров теплохода, давали первую и обрывочную информацию. Администрации гостиницы, где жили родственники несчастных, запрещалось выдавать любую информацию, даже просто фамилии. Перед следствием стояло много задач, и главная — отыскать на дне ходовую рубку с телами вахтенного штурмана и рулевого. Медэкспертиза должна найти ответ на вопрос почему «Суворов» ринулся в заведомо непроходимый шестой пролет.

На рассвете 6 июня никто не представлял масштаба трагедии. Ни один из членов правительственной комиссии, возглавляемой членом ЦК Г. Алиевым (впоследствии президент Азербайджана), и ни один из членов следственной бригады не смог бы назвать количество жертв. Изуродованные, расчлененные, размозженные, раздавленные тела не поддавались учету… Трудность была еще и в том, что так и не удалось выяснить точное количество пассажиров. Капитан обязан был знать, сколько человек на борту его судна. Он не знал. Не знал и старпом. Но старпом (как и вахтенный штурман, как и рулевой, как и радист с женой, которая тоже была в экипаже) погиб. Всех интересовала та повариха, которую поздравляли с днем рождения. Очень многие считали тогда, что другой причины, кроме как пьянство, нет. Предполагали даже, что в роковые минуты теплоходом вообще никто не управлял. Евгений Иванович Честнов, один из экспертов по делу о катастрофе, уверен, что главными виновниками трагедии были погибшие. Главными, но не единственными. У Честнова есть основания считать виноватыми и железнодорожников.

Тогда, в 1983 году, эксперты выделили четыре причины, приведшие к катастрофе

1) халатность первого штурмана;

2) халатность рулевого;

3) отсутствие сигнальных огней на мосту (были сумерки);

4) никем не включенные сигнальные огни.

На шестом пролете, через который такое судно пройти не могло, стояла будка путевого обходчика, напоминавшая своими очертаниями сигнальный щит, обозначавший судоходный пролет. Такой сигнал в виде ромба — для судов, идущих вниз по Волге, и прямоугольник — для судов, по ней поднимающихся. Светлая будка могла восприниматься прямоугольником… Особая история с сигнальными огнями. Оказывается, за включение огней никто не отвечал. За электропроводкой следил один, за лампы отвечал другой, а включал — путевой обходчик. И еще деталь. Капитаны неоднократно сообщали в Управление Куйбышевской железной дороги (Ульяновск — это их участок) о том, что в районе моста сложилась аварийная ситуация. И старший судоходный инспектор Ульяновского участка С. Корешков писал начальнику отделения железной дороги и заведующему промышленно-транспортным отделом обкома партии. Короче говоря, вина железнодорожников высвечивалась. Но министром путей сообщения тогда был Бешев — сталинский еще министр, и Алиев, как считает эксперт, его прикрывал. Следователь Генеральной прокуратуры, ведший дело «Суворова», рассказал, что удалось разыскать свидетелей, заходивших за несколько минут до катастрофы в рубку и видевших замечтавшегося рулевого и углубившегося в чтение детектива штурмана. Митенков восемнадцатый раз шел под мостом и, видимо, чувствовал себя слишком уверенно. Это погубило 176 человек. Тела этих двоих подняли со дна Волги. Алкоголя в крови не обнаружили. Следствие пришло к выводу, что капитан Клейменов самоустранился от спасения пострадавших, телесных повреждений на нем не было обнаружено, и, поскольку он не смог обеспечить дисциплины на судне, суд приговорил его к десяти годам лишения свободы. В заключении капитан «Суворова» пробыл около шести лет, потом его освободили по состоянию здоровья он страдал гипертонией. Но дома, на свободе, он прожил недолго. Он умер в 1990 году от инфаркта, до последнего часа мучаясь от своей причастности к ужасным событиям…

30 мая 2008 года произошла ещё одна авария с пассажирским теплоходом «Александр Суворов». Теплоход, следовал по каналу имени Москвы от Северного речного порта Москвы в Тверь. По некоторым данным на борту судна находились около 300 пассажиров. При прохождении шлюза судно коснулось его бортом, в результате этого вышло из строя рулевое управление. В результате полученных повреждений теплоход не смог продолжить движение. Сразу после столкновения шлюз был наполнен водой, в результате чего теплоходу удалось выйти обратно. Все пассажиры были возвращены в Москву на автобусах, в результате происшествия никто не пострадал. В настоящий момент, насколько это известно, теплоход продолжает совершать круизные рейсы, в частности из Санкт-Петербурга на Валаам.

  • Alex Dail

    Да, действительно «А.Суворов» (это чешский проект 92-016) в составе самой крупной судовладельческой компании «Водоходъ», доставшейся олигарху Лисину (который в т.ч. Новолипецкий металлургический комбинат, и т.д.) продолжает совершать рейсы, в основном по Свири, Неве и русским северным морям — Ладожскому и Онежскому.
    Основные порты захода «Суворова» — Питер, Кижи, Петрозаводск, Валаам, Свирьстрой, Мандроги и т.д.
    Сейчас на давно отремонтированном и недавно прошедшем модернизацию судне ничего не напоминает о той страшной трагедии 1983 года.
    (((
    Не найдя в свободной продаже круизных путевок на самые комфортабельные четырехпалубные австрийские проекты Q (Q40, Q50, Q56 — все корабли были распроданы в навигацию 2011 только иностранцам, и свободных кают не было, а до трагедии «Булгарии» оставалось ещё два месяца), мы взяли путевки на проект 92-016, и свободные каюты были именно на «Суворове», хотя и слух доходил о 1983-м годе…
    Но хотелось нам посетить не засиженный казенной рпц-шной коммерцией Валаам (там даже суда на подводных крыльях попами откровенно эксплуатируются))), а именно Кижи — большое святилище древних язычников, куда в течение тысячелетий съезжались для празднеств и обрядов древние родноверы.
    И даже на захваченном администрацией РПЦ острове (в Кижах размещена одна из резиденций патриарха) в элементах зданий, особенно в резьбе по дереву на элементах строений) заметны следы работы языческих мастеров — интересный и редкий для русского севера семилучевой коловрат..
    Кижи место действительно особенное, красотища, роскошная и суровая одновременно природа русского севера …
    Сам «Суворов» ничем особенным в ряду прочих четырехпалубников не запомнился, корабль как многие другие, вот только матросы подходят и просят не кормить с кормы жалобно кричащих на всю Онегу чаек …

  • semba

    Никакие рабочие и студенты в больницах не работали. В этом не было никакой необходимости. Все пострадавшие были госпитализированы в областную многопрофильную больницу с полным набором всех необходимых отделений хирургического профиля, которая сразу перешла на особый режим работы по всем правилам гражданской обороны при массовом поступлении пострадавших. И справилась с поставленной задачей силами сотрудников больницы в экстренном порядке поднятыми по тревоге. По расположению от места трагедии и единственно возможном пути эвакуации пострадавших машинами скорой помощи (так называемая грузовая восьмёрка) эта больница была ближайшей. На это был чёткий приказ по всем экипажам скорой помощи. В другие больницы ни одна машина скорой помощи не имела права везти — скорая помощь не везёт «куда попало». Только при таких условиях удалось спасти многие жизни. Для выполнения некоторых физических работ были присланы курсанты одного из военных училищ. Но от них пришлось отказаться, так как молодые ребята стали падать в обморок. Хорошо работали несколько религиозных женщин пришедших добровольно из банно-прачечного треста. Но они могли только одевать погибших. Для переноски гробов и тел погибших пришли тоже добровольно из разконвоированных отбывающих наказание в соседней тюрьме.

  • В этот день
    На эту дату ничего нет.
  • Instagram
    Instagram

  • Счётчики
    Яндекс.Метрика